Страсти по сочинскому самшиту: как защитить реликтовый лес

20.10.2017
Поделиться:

По поводу самшита в СМИ разыгралась нешуточная драма: с одной стороны – деньги, вложенные в леса реликтового (пережившего еще ледниковый период) самшита колхидского (Buxus colchica), с другой – нелепая прожорливая гусеница, приехавшая на европейских саженцах, куда попала из Китая.
Кто забил тревогу еще в начале вторжения, так это местные экологи: в 2012 они обнаружили, что завезенная из Италии партия саженцев поражена самшитовой огневкой (Cydalima perspectalis). Если бы партию сожгли уже тогда, ничего бы не случилось. Но карантина на это насекомое в России тогда не было – закон о карантине растений появился только в 2014 году, а о внесении в список карантинных видов самшитовой огневки заговорили только в 2015-м.

Самшитовая огневка

Но, как отмечает Маргарита Коваленко из ФГБУ «Всероссийский центр карантина растений», даже сегодня, в 2017 году, «этой огневки в карантинном списке РФ нет». Подтверждает эти слова и Игорь Честин, директор WWF России, обвиняя во всем Сергея Данкверта, главу Россельхознадзора. Но если включить вредителя в список, когда он уже все съел, то придется отвечать за то, почему этого не сделали раньше.
В итоге больные деревья были высажены наряду со здоровыми (по одной версии – после небольшой обработки, по другой – просто так), и к 2014 году огневка уничтожила самшит знаменитой у туристов Хостинской рощи и во многих других местах. Ни мягкие сочинские зимы, ни запоздалые меры защиты не смогли остановить победоносное шествие прожорливых вредителей. Вечнозеленые растения стали резко желтеть и сбрасывать листву, и вот к сегодняшнему дню осталось лишь немногим более пяти гектаров самшитовых рощ, не затронутых вредителем.

Как защитить реликтовый лес
Центр защиты леса республики Адыгея выпустил «Обоснование проведения биологических мер по локализации и ликвидации очагов инвазивного вредителя наземным способом в насаждениях Майкопского лесничества» в 2016 году, когда в Сочи были уничтожены все искусственные насаждения самшита, и огневка доедала растения в естественной среде, на южном макросклоне Кавказа. На территории республики было чуть больше тысячи гектаров самшита, из них доступны для обработки оказались 238. Но поскольку такие затраты легли бы исключительно на региональный бюджет, где все было распланировано заранее, в итоге деньги нашли только на обработку 29,3 гектаров биологическими препаратами.
Применять пестициды на территории заповедников в нашей стране запрещено, как и на местах, где химикаты могут попасть в водотоки, связанные с охраняемыми территориями – а именно там и располагались почти все самшитовые рощи.
Паразиты огневок из их естественной среды обитания – мушки эулофиды (Chouioia cunea) — наездники, которые откладывают свои яйца в куколки жертв. В живой природе они истребляют 50-60% гусениц. Эулофиды напугали многих экологов тем, что, уничтожая огневок, могут не остановиться вовремя и приняться за пчел или местных краснокнижных бабочек (например, махаона). Как бы то ни было, в России первый миллион личинок выпустили в марте 2015 года, когда огневки личинок еще не отложили, и эулофид по возможности отложил яйца в те виды, у которых уже были куколки.
«Идеальным было бы обнаружение естественного врага самшитовой огневки, который питался бы только этой бабочкой, — считает младший научный сотрудник кафедры энтомологии МГУ Александр Просвиров. — Если такое насекомое будет обнаружено и оно сможет акклиматизироваться в наших условиях, то это будет серьезным вкладом в борьбу с этой бабочкой. Однако многие хищные насекомые в природе питаются разной добычей, поэтому воздействие их на тот или иной вид не очень велико (они поедают лишь небольшую часть особей). Также при попадании в новую среду вид способен менять свои пищевые предпочтения, поэтому хищник, который у себя на родине питался самшитовой огневкой, может на нашей территории найти себе более «удобную» добычу».
Но здесь, отмечает ученый, возможны и риски: «Если для борьбы с самшитовой огневкой будет завезен какой-либо вид насекомых, есть риск неконтролируемого размножения этого вида. Такие случаи отмечены для некоторых видов божьих коровок, которых завозили в разные страны для борьбы с тлями, червецами и другими вредителями».
Другая проблема, которая беспокоила экологов – то, что и огневка, и ее паразит – уроженцы теплых краев, и если в умеренном климате, где эулофида использовали против бабочки-монашенки, за зиму он гарантированно погибал, то на Кавказе условия совсем другие. В итоге акклиматизироваться и найти себе пропитание может не только зловредная Сydalima perspectalis, но и наш союзник в борьбе против нее.
Внедрить и уничтожить
Биологические методы борьбы в наши дни набирают все большую популярность, да и окружающей среде они вредят меньше, чем химикаты. Множество акций по борьбе с инвазионными видами – вплоть до истребления коз на Галапагосах – люди провели с участием других организмов, в том числе и инвазивных. Чаще всего в качестве такого вида берут того, кто сдерживает популяцию вредителя на его менее гостеприимной родине. В случае с огневкой это могли бы быть те, кто стал нечувствителен к токсичным алкалоидам и может их есть.
«Для внедрения естественного врага для вида-интродуцента необходимы детальные данные о взаимоотношениях этих видов на территории естественного ареала и представление о том, какую роль данный враг-интродуцент играет в своей «родной» экосистеме, — поясняет Александр Просвиров. — В первую очередь необходимы сведения о том, какие еще виды они уничтожают у себя в естественных условиях (идеальная модель — хищник или паразит, который питается и эффективно уничтожает только сам вид-интродуцент; в этом случае после исчезновения «вселенца» вид, который был завезен для борьбы с ним, также исчезнет из экосистемы, но такого почти никогда не бывает). Если есть сведения о поведении близких видов которые были интродуцированы куда-либо, это тоже может оказаться очень полезным». Обычно вид испытывают в лаборатории, потом на небольшой опытной территории, а потом уже внедряют в природную среду.
Среди таких методов энтомолог перечисляет заражение круглыми червями-паразитами, спорами патогенных грибов или опасных для бабочки бактерий. Но все они не идеальны: очень сложно найти паразита, который абсолютно специфичен и поражает только вредителя. Многие виды хищников и паразитов при необходимости могут переквалифицироваться на других жертв, что может повредить экосистеме охраняемых природных зон.
С родственниками самшитовых огневок — бабочками вощинными огневками (они же – Galleria mellonella, или большие восковые моли) — могут бороться бактерии Bacillus thuringiensis. Вощинные огневки – гроза медоносных пчел: их гусеницы поедают воск, мед и пергу, повреждая соты и нанося большой вред пчелиным семьям. Только вот, как оказалось, и с болезнями своими они умеют бороться, создавая для этого специальные микро-РНК.
Против самшитовых огневок ученые предлагают использовать вирусы непарного шелкопряда и соснового пилильщика. Через двое-трое суток после заражения у большинства самшитовых огневок замедляется обмен веществ, они заворачиваются в коконы, как будто собирались зимовать, а через две-три недели погибают, практически не успевая ничего съесть. Выживают и вырастают в бабочек только 4-6% гусениц.

Indicator.Ru